?

Log in

No account? Create an account
znat_kak (znat_kak) wrote,
znat_kak
znat_kak

Categories:

Gates Notes (США): COVID-19 ужасен, но климатические изменении могут быть еще хуже

07.08.2020 г.
Билл Гейтс (Bill Gates)

gatesnotesGates Notes, США

Друг человечества (филантроп), а по совместительству миллиардер Билл Гейтс не дает человечеству расслабиться. Не успели мы потратиться на борьбу с коронавирусом, а уже надо отстегивать на борьбу с изменением климата. Гейтс посчитал сумму, в которую обошелся людям коронавирус, а потом измерил сокращение выбросов от прекращения полетов и самоизоляции. Кроме того, он посчитал, во что может обойтись изменение климата (в жизнях и в деньгах) и сколько нужно потратить, чтобы этого избежать. Результат — печальный. Человечеству предстоит раскошелиться




© AFP 2018, Bertrand Guay


Тем не менее из нынешнего кризиса можно извлечь уроки, которые должны провести нас через следующий кризис.

Мир сотрясает глобальный кризис. Это большая трагедия, связанная со смертью многих людей. Люди боятся покидать свои дома, и в мире возникают такие экономические трудности, каких не было уже много десятилетий. Последствия кругами расходятся по всей планете.

Понятно, что я веду речь о covid-19. Но уже через несколько десятилетий то же самое можно будет сказать и о другом глобальном кризисе — климатических изменениях. Пандемия ужасна, но изменения климата могут оказаться еще страшнее.

Я понимаю, что сейчас трудно думать о такой проблеме как климатические изменения. Когда приходит катастрофа, человеку свойственно думать только о том, чтобы удовлетворить лишь самые насущные потребности, особенно если такой катастрофой является ужасная пандемия covid-19. Однако то обстоятельство, что повышение температуры на планете кажется делом далекого будущего, ничуть не уменьшает серьезность этой проблемы. И единственный способ избежать худшего из всех возможных климатических сценариев заключается в том, чтобы ускорить наши усилия прямо сейчас. Мир сегодня работает над тем, чтобы остановить новый коронавирус и начать процесс восстановления; но одновременно с этим мы должны незамедлительно предпринять решительные действия по недопущению климатической катастрофы за счет создания и применения инноваций, которые позволят нам избавиться от выбросов парниковых газов.

Возможно, вы видели прогнозы, свидетельствующие о том, что из-за снижения экономической активности в мире в этом году будет меньше выбросов парниковых газов, чем в прошлом. Безусловно, авторы таких прогнозов правы, однако их значимость в борьбе против климатических изменений явно преувеличена.

У аналитиков нет единого мнения о том, насколько в этом году будет меньше выбросов, однако по оценке Международного энергетического агентства, они сократятся примерно на восемь процентов. В реальном выражении это соответствует примерно 47 миллиардам тонн углерода вместо 51.

Уменьшение существенное, и все было бы замечательно, сумей мы сохранить такие темпы сокращений. Но, к сожалению, мы не можем этого сделать.

Задумайтесь, во что нам обошлось это восьмипроцентное сокращение. Более 600 000 человек умерли, а десятки миллионов остались без работы. В апреле этого года движение автотранспорта сократилось наполовину по сравнению с апрелем 2019 года. А авиасообщение практически полностью остановилось на месяцы.

Мягко говоря, сохранения такой ситуации хочется немногим. Тем не менее, в этом году объем выбросов у нас составит 92 процента от объема прошлого года. Поражает не то, насколько велико сокращение выбросов, а то, насколько оно незначительно.

Кроме того, эти сокращения достигаются буквально ценой самых больших издержек. Чтобы понять, почему, давайте посмотрим, сколько стоит предотвратить выброс одной тонны парниковых газов. Эта цифра (стоимость за одну тонну не выброшенного в атмосферу углерода) используется экономистами для сопоставления затрат на реализацию разных стратегий по сокращению углеродных выбросов. Например, у вас есть технология, которая стоит один миллион долларов. Ее применение позволит вам предотвратить выброс 10 000 тонн газа. Получается, что вы платите 100 долларов за тонну не выброшенного в атмосферу углерода. На практике 100 долларов за тонну — это довольно много. Однако многие экономисты считают, что такая цена отражает реальную стоимость парниковых газов для общества. А еще это хорошо запоминающаяся круглая цифра, которую можно использовать для сравнительной оценки во время дискуссий.

Теперь давайте представим вызванные covid-19 меры карантина и самоизоляции в виде стратегии по сокращению углеродных выбросов. Удалось ли благодаря закрытию целых отраслей экономики выйти на показатель затрат во избежание выбросов в 100 долларов за тонну или хотя бы близко к этому?

Нет. По данным консалтинговой компании «Родиум Груп» (Rhodium Group), в США этот показатель составляет 3 200 — 5 400 долларов за тонну. В Евросоюзе примерно такой же показатель. Иными словами, при закрытии предприятий из-за пандемии сокращение выбросов обходится в 32-54 раза дороже цены, которую экономисты считают приемлемой и разумной.

Если вы хотите понять, какой ущерб могут принести климатические изменения, посмотрите на covid-19, а потом распределите тяготы и страдания на более длительный период времени. Вызванная пандемией смерть людей и экономические невзгоды ничуть не уступают тому, что будет происходить регулярно, если мы не ликвидируем углеродные выбросы.

Для начала посмотрим на людские потери. Сколько людей умрет от covid-19, и сколько от изменений климата? Поскольку мы хотим сравнить события, происходящие в разные моменты времени (пандемия в 2020 году, а климатические изменения, скажем, в 2060-м), а численность населения в мире к тому времени будет другой, нам не удастся сопоставить абсолютные показатели по числу смертей. Вместо этого мы будем использовать показатель смертности, то есть количество смертей на 100 000 человек.

По состоянию на прошлую неделю количество умерших от COVID-19 во всем мире составляло свыше 600 000 человек. В годовом исчислении показатель смертности равен 14 на 100 000 человек.

А что со смертностью от климатических изменений? За следующие 40 лет рост глобальных температур по прогнозам увеличит общемировые показатели смертности ровно на столько же — 14 на 100 000 человек. Если увеличение выбросов будет таким же высоким, то к концу столетия из-за изменений климата у нас будет дополнительно 73 смерти на 100 000 человек. Если выбросы сократятся, смертность снизится до 10 на 100 000.

Иными словами, к 2060 году климатические изменения окажутся такими же смертоносными, как и covid-19, а к 2100 году смертность от них может вырасти в пять раз.

Экономическая картина тоже довольно мрачная. Перечень последствий от изменений климата и от covid-19 довольно сильно различается в зависимости от той экономической модели, которой мы пользуемся. Но вывод все равно однозначен. В предстоящие 10-20 лет экономический ущерб от климатических изменений будет такой же, как от пандемии типа covid, приходящей раз в 10 лет. А к концу столетия он будет намного серьезнее, если мир не уменьшит объемы выбросов.

(Если вам интересно, вот математические расчеты. Новые модели указывают на то, что издержки от климатических изменений в 2030 году будут составлять примерно один процент от годового американского ВВП. Между тем, текущие оценки издержек от covid-19 для США за этот год составляют от семи до 10 процентов ВВП. Если исходить из того, что подобные кризисы будут происходить раз в 10 лет, то среднегодовые издержки от COVID-19 составят 0,7-1 процент ВВП. Это примерно столько же, сколько от изменений климата.)

Главное здесь не то, что климатические изменения будут катастрофическими. Ключевой момент заключается в том, что если мы сделаем выводы из пандемии covid-19, то сможем более грамотно подходить к решению проблем климатических изменений, так как будем лучше знать последствия бездействия, лучше подготовимся к спасению жизни людей и к недопущению самых страшных результатов. Сегодняшний общемировой кризис поможет нам разработать меры противодействия следующему кризису.

В частности, мы должны сделать следующее.

1. Впереди должна идти наука и инновации. Относительно небольшое сокращение выбросов в этом году ясно говорит об одном: мы не сможем выйти на нулевой показатель по выбросам, если просто будем меньше летать и ездить.

Конечно, сокращение выбросов вполне подходит тем, кому это по карману, например, мне. Я считаю, что после окончания пандемии многие люди продолжат пользоваться видеосвязью в режиме телеконференции вместо того, чтобы ездить в командировки. Но в целом миру нужно использовать больше энергии, а не меньше — но при условии, что это экологически чистая энергия.

Итак, нам нужны новые тесты, методы лечения и вакцины для борьбы с новым коронавирусом. Но в равной степени мы нуждаемся в новых средствах борьбы с климатическими изменениями, чтобы с нулевым выбросом углерода вырабатывать электричество, производить продукцию, выращивать продовольствие, охлаждать и отапливать наши дома, а также перевозить по миру людей и товары. А еще нам нужны новые семена и инновации, чтобы помочь самым бедным в мире людям (многие из которых являются мелкими фермерами) приспособиться ко все более непредсказуемому климату.

Комплексное противодействие климатическим изменениям потребует от нас изучения многих дисциплин. Климатологи рассказывают нам, почему мы должны заниматься этой проблемой, но не как нам ее решать. Чтобы решать ее, нам нужна биология, химия, физика, экономика, инженерное дело и другие науки.

2. Надо сделать так, чтобы решения давали результат и бедным странам тоже. Нам пока точно неизвестно, какими будут последствия от covid-19 для самых бедных в мире стран. Но меня беспокоит то, что к моменту окончания пандемии им придется хуже всех. То же самое и с климатическими изменениями. Больше всех от них пострадают самые бедные люди в мире.

Посмотрим, какие последствия климат имеет для смертности. По данным проведенного недавно исследования, результаты которого опубликовала «Лаборатория климатических последствий» (Climate Impact Lab), изменения климата в целом увеличат показатели смертности в мире, но мы столкнемся с колоссальными диспропорциями между богатыми и бедными странами. Климатические изменения больше всего увеличат смертность в бедных странах, расположенных в районе экватора, где погода будет более жаркой и непредсказуемой.

Экономические закономерности наверняка будут аналогичные: скромное сокращение общемирового ВВП с мощным снижением этого показателя в наиболее бедных и жарких странах.

Иными словами, последствия от климатических изменений наверняка будут суровее, чем от COVID-19, и больше всех от них пострадают те люди, которые к таким изменениям менее всего причастны. Те страны, которые в наибольшей степени усугубляют данную проблему, обязаны приложить усилия для ее решения.

Кроме того, чистые источники энергии должны быть достаточно дешевы, чтобы такую энергию могли покупать страны с низкими и средними доходами. Сегодня эти страны намерены развивать свою экономику за счет строительства заводов и колл-центров. А если это развитие будет обеспечиваться за счет органического топлива, которое сейчас наиболее экономично, то добиться нулевых выбросов будет еще сложнее.

Когда появится вакцина от коронавируса, такие организации, как Глобальный альянс по вакцинам и иммунизации, будут готовы обеспечить ею самых бедных людей в мире. Но альянса по экологически чистой энергии у нас нет. Поэтому государства, изобретатели и предприниматели со всего мира должны сосредоточить свои усилия на том, чтобы зеленые технологии были дешевы, и развивающиеся страны не только захотели бы их купить, но и смогли.

3. Начинать надо прямо сейчас. В отличие от нового коронавируса, от которого, как мне кажется, мы создадим вакцину в будущем году, у нас нет двухгодичного запаса времени на раскачку в борьбе с климатическими изменениями. На разработку и применение всех необходимых нам изобретений из области чистой энергетики уйдут десятилетия.

Мы должны разработать план по предотвращению климатической катастрофы, используя имеющиеся у нас сейчас средства по обеспечению нулевых выбросов, разрабатывая и применяя на практике те многочисленные инновации, в которых мы нуждаемся, и помогая самым бедным приспособиться к росту температуры, который уже происходит. Хотя сегодня я большую часть времени трачу на covid-19, я продолжаю вкладывать деньги в перспективные технологии чистой энергетики, в программы, которые помогают распространять по миру инновации, и доказываю, что нам нужно инвестировать средства в такие решения, которые ограничат худшие последствия климатических изменений.

Некоторые страны и частные инвесторы выделяют средства и разрабатывают меры, которые помогут нам выйти на нулевые выбросы. Но нам нужно гораздо больше участников. А еще мы должны действовать с тем же ощущением безотлагательности, которое присуще нам в борьбе с COVID-19.

Специалисты из сферы здравоохранения много лет говорили нам, что пандемия практически неизбежна. Мир сделал недостаточно в рамках подготовки к этому бедствию, и теперь мы пытаемся наверстать упущенное время. Это должно послужить предостережением о том, чем нам грозят изменения климата, и указать оптимальные подходы к решению проблемы. Если мы начнем действовать без промедлений, если воспользуемся мощным потенциалом науки и инноваций, если заставим найденные решения работать в интересах самых бедных людей, то нам удастся избежать уже допущенных ошибок при борьбе с климатическими изменениями.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.






via


P.S. Из первых рук. Внимательно перечитайте. Это его программа-максимум.

Не забывайте, что ежегодно от сезонного гриппа ежегодно умирает 650 000 человек. Когда последний раз вас беспокоила смертность от сезонного гриппа?. А, ведь, она такая же как от COVID-19, т.е. 650 000 / (7 800 000 000/ 100 000) = 8,3 - т.е. от сезонного гриппа и от SARS-CoV-2 примерно 8(!) человек на сто тысяч населения. У него даже цифра неверная. Как он получил 14?

Теперь цифры для сравнения. Ожидается, что в этом году туберкулезом заболеют 129(!) человек на каждые 100 000 населения. Да, там, где туберкулез лечат, успешно излеченных ~70%. Но 30% не будут вылечены и это - 129/ (30/100) = 38,7 человека на каждые 100 000 населения и половина из них умрет 4 500 Х 365 = 1 642 500 (или 21 человек на 100 000) .

Идем дальше. Ежегодно регистрируется около 1,7 миллиарда случаев детской диареи во всем мире.  От нее ежегодно умирает 525 тысяч детей в возрасте до пяти лет. Это 525 000 / (7 800 000 000/ 100 000) = 6,7 на 100 000 населения (только дети!).

Т.е. только от 3-х инфекционных причин (+ грипп) мы получаем ~36 человек на 100 000 населения умирает ежегодно.

Вспомните, сколько инфекционных заболеваний вы знаете. А, ведь, от них тоже мрут люди.

Почему COVID-19 должен стоять впереди паровоза? Потому,что
можно выгодно пихнуть вакцины. А аппетиты у Билла не слабые - миллиарды доз, для всех на планете. Если доза будет ~$50-100, как вы думаете - стоит овчинка выделки?

Не забывайте, вас пытается убедить в смертельной опасности COVOD-19 для планеты человек, у которого в активах ~$90 000 000 000 (90 млрд.). Никто не спорит, от нее умирают люди, но у нас, что, нет более первостепенных проблем? Или надо кому-то помочь срубить бабла?

А про выбросы? Так тут все еще проще! Просто вы все должны перстать работать и заняться собирательством. Что тут непонятного? В этом случае выбросы углекислого газа буде минимальными. Кто не выживет, тот не вписался в экологию.

У вас есть с ним общие интересы?
Tags: БАБЛО, ГЕЙТС БИЛЛ, КОРОНАВИРУС, ЛЮДИ, МНЕНИЕ
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments